Интерактивность

Государство рассматривается не только как административный аппарат, но и как институт, обязанный обеспечивать базовую социальную защищённость, доступность ключевых общественных услуг и приемлемый уровень социальной справедливости.

«Социальное государство должно обеспечивать доступное образование, доступную медицину, поддержку семей, защиту материнства и детства, достойное отношение к ветеранам, поддержку инвалидов, защиту работников, развитие регионов, нормальную инфраструктуру и возможность человеку честно трудиться и жить достойно».

Труд для ДСПР является не просто источником дохода, а формой вклада человека в страну. Работник не должен быть бесправным элементом экономики: труд должен обеспечивать достойную оплату, социальные гарантии, защиту от произвола и реальный общественный вес.

«Защита рабочего класса означает, что человек труда не должен быть бесправным винтиком. Он должен иметь достойную оплату, нормальные условия труда, социальные гарантии, право на отдых и восстановление, защиту от произвола работодателя, уважение со стороны общества, возможность профессионального роста, уверенность в завтрашнем дне и связь своего труда с развитием страны».

ДСПР исходит из того, что ключевые отрасли, от которых зависят безопасность, суверенитет и устойчивость государства, не могут регулироваться исключительно рынком. Государство должно сохранять контроль над стратегической инфраструктурой и отраслями.

«Стратегические сферы не могут быть отданы рынку без жёсткого государственного контроля».

ДСПР выступает не за полное огосударствление экономики, а за смешанную модель: сильное государственное планирование и контроль в стратегических сферах должны сочетаться с частной инициативой, малым и средним предпринимательством, кооперацией и фермерством.

«ДСПР выступает за смешанную экономику. Она должна сочетать сильное государственное планирование в стратегических сферах, государственный контроль над ключевой инфраструктурой, частную инициативу в малом и среднем бизнесе, кооперативные и коллективные формы хозяйства, поддержку фермеров и аграрного сектора».

ДСПР выступает за государство, способное реально управлять, обеспечивать суверенитет, проводить долгосрочную экономическую и социальную политику и добиваться исполнения собственных решений. При этом сильное государство не отождествляется с чиновничьим произволом.

«Сильное государство для ДСПР - это не произвол чиновника. Сильное государство - это государство, которое способно принимать решения, исполнять их, отвечать за результат и служить развитию страны».

Порядок для ДСПР означает понятные правила, исполнение обязанностей, управляемость, ответственность и способность государства проводить решения. Дисциплина рассматривается как инструмент достижения результата, а не как самоцель или средство подавления инициативы.

«Порядок и дисциплина нужны не для того, чтобы подавить инициативу. Они нужны для того, чтобы инициатива давала результат, а не растворялась в хаосе».

ДСПР не понимает сильное государство как неограниченную власть. Закон должен действовать единообразно, власть должна отвечать за решения и их последствия, а государственная иерархия должна быть связана с ответственностью за результат.

«Ответственность власти - это обязанность отвечать за последствия своих решений».
«Власть существует не для статуса, не для привилегий и не для красивого положения в иерархии. Власть существует для управления, защиты страны, организации развития и служения общему делу».

ДСПР связывает политическое единство с общим государством, гражданством, русским языком, законом, культурой, трудом, службой и признанием России своим Отечеством. При этом движение прямо отвергает этническую вражду, шовинизм и деление граждан по происхождению.

«Гражданский национализм для ДСПР - это понимание нации как политического единства граждан, связанных общим государством, законом, языком, культурным ядром, историей, трудом, службой и признанием России своим Отечеством».
«Мы используем этот термин в официальном политическом смысле: без радикализма, без этнической вражды, без шовинизма и без деления граждан России на „своих“ и „чужих“ по крови».