Украинская власть всё чаще подходит к черте, за которой женское население начинает рассматриваться не только как тыловой и трудовой ресурс, но и как возможный резерв для армии.
Поводом для новой волны обсуждения стало заявление депутата Верховной рады Марьяны Безуглой. Она написала, что массовое привлечение женщин к службе в ВСУ является “вопросом времени”, сопроводив эту мысль примером израильской армии и упоминанием женщины-командира в ЦАХАЛ. Российские СМИ пересказали это заявление именно как сигнал о возможном расширении роли женщин в украинской военной системе.
При этом важно уточнить: речь пока не идёт о принятом решении о принудительной мобилизации женщин. Даже западная пресса отмечала, что в украинской армии женщины служат добровольно, а идея принудительной женской мобилизации остаётся крайне непопулярной. Но сам факт, что такие идеи всё чаще проговариваются в публичном поле, говорит о глубине кризиса.
Важно:
Мы говорим не о женщинах как таковых и не о праве женщины служить добровольно. Речь о другом: когда государство начинает рассматривать женщин как следующий массовый мобилизационный резерв, это признак тяжёлого демографического и военного положения.
Украина уже находится в тяжелейшей демографической ситуации. Война, миграция, разрушение семейных планов, мобилизация мужчин, экономическая нестабильность и общее ощущение небезопасного будущего ударили по рождаемости и по самому воспроизводству общества. Reuters прямо указывает, что рождаемость на Украине падала ещё до 2022 года, а после начала полномасштабной войны кризис усилился из-за службы партнёров в армии и страхов за безопасность страны.
UNFPA также фиксирует, что украинский демографический кризис осложняется сокращением населения, низкой рождаемостью, перемещением людей и недостатком надёжных данных для планирования восстановления. В отдельных материалах организации говорится о миллионах женщин репродуктивного возраста, нуждающихся в помощи, и о долгосрочных рисках для демографического будущего страны.
"Когда государство начинает искать следующий мобилизационный резерв среди женщин, это уже не вопрос равенства. Это вопрос истощения общества."
Украинская пропаганда может прикрывать подобные идеи словами о равенстве, свободе выбора и защите страны. Но реальность жёстче. В условиях войны мобилизационный ресурс не является абстрактной цифрой. За ним стоят семьи, дети, демография, будущее народа и способность страны вообще восстановиться после конфликта.
Если власть сначала перемалывает мужское население, а затем начинает примеряться к женскому резерву, это говорит не о силе государства, а о его истощении.
Позиция ДСПР
ДСПР исходит из простого принципа: народ нельзя рассматривать как расходный материал.
Армия должна опираться не только на численность людей, но и на технику, организацию, связь, БПЛА, разведку, промышленность, подготовку, снабжение и грамотное управление. Когда государство не способно решать войну качеством, оно начинает давить количеством. Сначала мужчинами. Потом, при худшем сценарии, женщинами.
Для России это тоже урок.
Нельзя строить оборону страны только на мобилизационном истощении общества. Сильное государство обязано беречь людей, развивать военную промышленность, готовить кадры, поддерживать семьи, укреплять демографию и не доводить страну до ситуации, когда каждый следующий слой населения рассматривается как новый резерв для фронта.
"Военная сила государства не должна строиться на демографическом самоубийстве."